Главная | Интервью/Мемуары | Неудавшаяся вербовка, часть 2
Интервью/Мемуары

Неудавшаяся вербовка, часть 2

Скачать изображение

Продолжаем публикацию истории гражданского активиста и блогера Жумасапара Дадебаева (первая часть истории). В 2016 году Служба национальной безопасности Узбекистана пыталась завербовать для работы за рубежом. Во второй части воспоминаний Дадебаев рассказывает о своей подготовке в Ташкенте к их выполнению заданий.

Руко­во­ди­тель Цен­траль­но-Ази­ат­ской про­грам­мы Вита­лий Поно­ма­рёв встре­тил­ся с Жума­са­па­ром в Стам­бу­ле в июне 2021 года, и они раз­го­ва­ри­ва­ли несколь­ко часов. Разу­ме­ет­ся, не все дета­ли собы­тий 2016 года акти­вист пом­нил оди­на­ко­во чет­ко и не все, о чем гово­ри­ли «аген­ту» сотруд­ни­ки СНБ, мож­но счи­тать досто­вер­ным. Но их сло­ва и дей­ствия ярко харак­те­ри­зу­ют как пре­ступ­ные мето­ды рабо­ты спец­служб эпо­хи Кари­мо­ва, так и настро­е­ния, суще­ству­ю­щие в этой закры­той от обыч­ных граж­дан среде.

«Пода­рок» со взрывчаткой

После того, как Даде­ба­е­ва осво­бо­ди­ли и вер­ну­ли ему пас­порт, око­ло трех недель он оста­вал­ся дома.

«Я тогда наив­ный был, — вспо­ми­на­ет акти­вист. – Думал, попы­та­юсь уле­теть, может полу­чит­ся. 15 авгу­ста при­е­хал в аэро­порт Нуку­са. Но мое имя было в базе погра­нич­ни­ков, не про­пу­сти­ли на мос­ков­ский рейс. Потом под­бе­га­ет сотруд­ник: «Кто Жума­са­пар? Тебе зво­нят». Зво­нил Бахром Пал­ван­на­за­ро­вич. Руга­ет: «Ты что, нас хотел обма­нуть? Ты же турк­мен, не кара­кал­пак. Зав­тра давай при­ез­жай по-хоро­ше­му в Таш­кент. Ты под­пис­ку дал». Я вынуж­ден был под­чи­нить­ся. На сле­ду­ю­щий день сел в поезд, при­е­хал 17-го. Вышел из вок­за­ла, зво­ню Бахро­му. Он гово­рит: «Пока погу­ляй». Потом при­е­хал и забрал меня. В рай­оне Каш­гар (веро­ят­но, име­ет­ся в виду жилой мас­сив в Юну­са­бад­ском рай­оне Таш­кен­та – прим. ред.) у СНБ есть одно­ком­нат­ная квар­ти­ра на тре­тьем эта­же. Там меня поселили».

Преж­де чем нача­лась под­го­тов­ка «сек­рет­но­го аген­та» меж­ду Бахро­мом и Даде­ба­е­вым состо­ял­ся длин­ный и мало­при­ят­ный раз­го­вор наедине. Акти­вист вновь попы­тал­ся отка­зать­ся от сотруд­ни­че­ства с СНБ, но безуспешно.

«Бахром вна­ча­ле спро­сил: «Ты что, хотел нас обма­нуть? Мы ведь с тобой хоро­шее, важ­ное дело дела­ем». Потом спро­сил: что я узнал про дви­же­ние «Алга Кара­кал­пак­стан»? Я отве­тил ему, что кара­кал­па­ки хотят отде­лить­ся, орга­ни­зо­вать бунт и захва­тить власть. Есть раз­го­во­ры, что 2000 кара­кал­па­ков за одну ночь вой­дут из Казах­ста­на… Бахром начал ругать их, еще ска­зал: «Хоро­шо, что Назар­ба­ев жив. Если в 2020 или в 2023 году он умрет, на место пре­зи­ден­та в Казах­стане может прий­ти наци­о­на­лист, кото­рый под­ни­мет эту тему. Сей­час с казах­ски­ми спец­служ­ба­ми у нас хоро­шие отно­ше­ния. Вся инфор­ма­ция у нас есть, не пере­жи­вай. Муса Ерна­за­ров (руко­во­ди­тель Рес­пуб­ли­ки Кара­кал­пак­стан, скон­чал­ся 31 июля 2020 года – прим. ред.) – наш чело­век. Но если кара­кал­па­ки все же под­ни­мут­ся, забе­рем тебя в Ташкент».

Потом зашла речь обо мне. Бахром Пал­ван­на­за­ро­вич гово­рит: «Ты рабо­та­ешь на нас. Я насчет тебя доло­жил Руста­му Ино­я­то­ву (гла­ва СНБ Узбе­ки­ста­на – прим. ред.), пре­зи­дент тоже в кур­се, толь­ко мы чет­ве­ро про это зна­ем». Не знаю, прав­да ли это. Я тогда уди­вил­ся, поду­мал: о чем речь? Он объ­яс­ня­ет: «Ты когда хиджа­ма (меди­цин­ское кро­во­пус­ка­ние) в Москве дела­ешь, захо­дишь с сум­кой в дома «вах­ха­би­тов» или наци­о­на­ли­стов наших, пере­да­дим «пода­рок» и ты им под­ло­жишь куда-нибудь. Ни у кого подо­зре­ний не будет. А потом мы их задер­жим через ФСБ». Я думал, он шутит, спра­ши­ваю: «А что за пода­рок?» Он: «Это не шут­ка. «Пода­рок» со взрыв­чат­кой полу­чишь. С эти­ми вах­ха­би­та­ми мы так борем­ся, и в Москве тоже». Я попы­тал­ся отка­зать­ся, гово­рю: «Брат, это грех. И ФСБ меня за такое схва­тить может». Он рас­сви­ре­пел, стал нерв­ным, кри­чит: «Ты же согла­сил­ся рабо­тать?! Если сей­час отка­жешь­ся, я тебя уни­что­жу. Пой­дешь по 159-ой (ста­тья Уго­лов­но­го Кодек­са Узбе­ки­ста­на, преду­смат­ри­ва­ю­щая ответ­ствен­ность за пося­га­тель­ство на кон­сти­ту­ци­он­ный строй – прим. ред.). Вот смот­ри, что с тобой будет». Пока­зал мне видео в теле­фоне: люди в мас­ках жесто­ко муча­ют девуш­ку, она по-узбек­ски кри­чит, про­сит помо­щи у Алла­ха. Еще пока­зы­ва­ет, как какой-то узбек маль­чи­ка наси­лу­ет, тот зовет: «Помо­ги­те»… Еще мерт­вые тела с выби­ты­ми зуба­ми. Я после этих видео нерв­ным стал. Чело­век, когда такое посмот­рит, с ума схо­дит. До сих пор ино­гда во сне вижу, спать потом не могу.

Бахром пугал меня: «Смот­ри, таким будешь. Никто тебе не помо­жет». Потом начал успо­ка­и­вать: «Насчет ФСБ не бой­ся. Мы с ними дав­но сотруд­ни­ча­ем. Слы­шал про Обид­хо­на Наза­ро­ва в Шве­ции? (извест­ный узбек­ский рели­ги­оз­ный дея­тель, впав­ший в кому после поку­ше­ния в фев­ра­ле 2012 года – прим. ред.) Он – тер­ро­рист, хочет со сво­и­ми людь­ми пере­во­рот в Узбе­ки­стане совер­шить. Дав­но их надо экс­тра­ди­ро­вать, но осно­ва­ния нуж­ны серьез­ные. Если ФСБ тебя пой­ма­ет, ска­жи им, что Обид­хон дал фетву уби­вать рус­ских кафи­ров за умер­ших детей в Сирии. А потом мы тебе помо­жем». Когда я попы­тал­ся воз­ра­зить, он сно­ва силь­но разо­злил­ся, кри­чит: «Ты что ли под­дер­жи­ва­ешь вах­ха­би­тов?» Вспом­нил и про собы­тия в нашем селе: «Ты ведь при­зы­вал одно­сель­чан «разо­брать­ся» с СНБ? За эти при­зы­вы тоже ответишь».

В общем, вижу, он меня не оста­вит в покое. Перед этим Бахром Пал­ван­на­за­ро­вич упо­мя­нул — может быть, что­бы мой дух под­нять — что буд­то бы Ино­я­тов может прий­ти на встре­чу со мной. Я гово­рю: «Хоро­шо, буду с вами рабо­тать, но пусть Ино­я­тов лич­но со мной встре­тит­ся». Чест­но гово­ря, в таком состо­я­нии был, что хотел напасть на Ино­я­то­ва. Бахром обра­до­вал­ся, гово­рит: «Вот, ты нако­нец стал нор­маль­ным». В это вре­мя ему зво­нят, он мне: «Тише, тише», пока­зы­ва­ет жеста­ми, что началь­ник. Встал, вытя­нул­ся, отче­ство собе­сед­ни­ка упо­мя­нул «Расу­ло­вич», потом: «все нор­маль­но, как дого­ва­ри­ва­лись, этот турк­мен – мужик, ока­зы­ва­ет­ся». Когда теле­фон­ный раз­го­вор закон­чил­ся, пре­ду­пре­дил меня: «Насчет зада­ния – нико­му ни сло­ва. Это сек­рет­ное дело. О нем в кур­се толь­ко чет­ве­ро. Сей­час наш сотруд­ник Иззат при­е­дет, ему ска­жешь, что тебя отпра­вят в Турцию».

Кон­ту­ры опе­ра­ции и поли­ти­че­ские установки

На сле­ду­ю­щий день нача­лась под­го­тов­ка Даде­ба­е­ва. С буду­щим сек­рет­ным аген­том рабо­та­ли трое сотруд­ни­ков СНБ Узбе­ки­ста­на: Бахром Пал­ван­на­за­ро­вич, Иззат и Тимур. Один раз для бесед на рели­ги­оз­ные темы при­гла­си­ли сотруд­ни­ка Таш­кент­ско­го ислам­ско­го университета.

По сло­вам Даде­ба­е­ва, Бахром Пал­ван­на­за­ро­вич был стар­шим по зва­нию и воз­рас­ту, он же непо­сред­ствен­но руко­во­дил пла­ни­ро­ва­ни­ем опе­ра­ции, но был силь­но занят по служ­бе и при­ез­жал обыч­но лишь на час-два. Из раз­го­во­ров с ним более точ­но выри­со­вы­ва­лись поли­ти­че­ские уста­нов­ки и фигу­рант наме­чен­ной в Москве пер­вой «акции».

«Он несколь­ко раз гово­рил про Бахро­ма Хам­ро­е­ва (член Пра­во­за­щит­но­го Цен­тра «Мемо­ри­ал» — прим ред.). Назы­вал его «тер­ро­рист-таджик» (сло­во «таджик» упо­треб­ля­ет­ся здесь в уни­чи­жи­тель­ном смыс­ле – прим. ред.). Объ­яс­нял: «Когда в Москве мы наших тер­ро­ри­стов ловим, он помо­га­ет им с адво­ка­том, вытас­ки­ва­ет. Он — наш враг. Бахром свя­зан с одной кон­то­рой, они защи­ща­ют тер­ро­ри­стов и экс­тре­ми­стов, их под­дер­жи­ва­ет Евро­па и Аме­ри­ка». Я тогда не знал о «Мемо­ри­а­ле», думаю, он имел в виду вашу орга­ни­за­цию. Гово­рит: «ФСБ Бахро­му — тоже не дру­зья. Несколь­ко раз хоте­ли его нака­зать, но он каж­дый раз с удоч­ки сры­вал­ся… Когда у Фазы­ла ты с ними плов будешь кушать, или в его машине поедешь, или домой Бахром при­гла­сит, зара­нее нам позво­ни, мы тебе пере­да­дим, что нуж­но. Под­брось ему – и тогда с ним всё».

Но глав­ная зада­ча – это дис­кре­ди­та­ция на меж­ду­на­род­ном уровне груп­пы Обид­хо­на Наза­ро­ва, яко­бы гото­вив­шей пере­во­рот в Узбе­ки­стане, попыт­ка дока­зать ее связь с тер­ро­риз­мом. В слу­чае успе­ха Даде­ба­е­ву обе­ща­ли день­ги, дом, маши­ну и дру­гие бла­га. «Если в Рос­сии тебя пой­ма­ют, засе­кут на видео­ка­ме­ру, ты ска­жешь, что Обид­хон Наза­ров при­ка­зал вести джи­хад про­тив невер­ных. Потом мы тебя экс­тра­ди­ру­ем, пол­го­да-год будешь жить в укром­ном месте, затем напи­шешь на имя пре­зи­ден­та про­ше­ние о поми­ло­ва­нии и с нашей помо­щью вый­дешь. Даль­ше — живи ком­форт­но…». Даде­ба­ев отме­ча­ет, что эти сло­ва Бахро­ма про­ти­во­ре­чи­ли выска­зы­ва­ни­ям дру­го­го сотруд­ни­ка СНБ — Изза­та, осу­ществ­ляв­ше­го его под­го­тов­ку в Таш­кен­те: «Иззат гово­рил, что, если меня пой­ма­ют на взрыв­чат­ке, ФСБ в Узбе­ки­стан не выдаст, не смо­жем помочь».

По сло­вам Даде­ба­е­ва, Бахром Пал­ван­на­за­ро­вич пару раз упо­ми­нал, что сын Наза­ро­ва «в наших руках, здесь как соба­ку дер­жат…» (один из сыно­вей Обид­хо­на Наза­ро­ва исчез в Узбе­ки­стане в 2004 году – прим. ред.). «Одна­жды ска­зал про Абду­ва­ли-кори — «тоже гни­ет». По раз­но­му мож­но понять» (имам анди­жан­ской мече­ти «Джа­ми» Абду­ва­ли Мир­за­ев исчез в аэро­пор­ту Таш­кен­та в авгу­сте 1995 года, пред­по­ло­жи­тель­но похи­щен  узбек­ски­ми спец­служ­ба­ми – прим. ред.).

«Одна­жды я спро­сил Бахро­ма: кто более опас­ный враг Узбе­ки­ста­на — наци­о­на­ли­сты, Мухам­мад Солих (руко­во­ди­тель пар­тии «Эрк», с 1993 г. в эми­гра­ции – прим. ред.) или Обид кори? Он гово­рит: «Наци­о­на­ли­сты  для нас — не про­бле­ма. Мухам­мад Солих – сего­дня тоже не осо­бая про­бле­ма. Если было бы нуж­но, мы бы его убра­ли. Самый опас­ный – это Обид кори, «вах­ха­би­ты», у них мно­го жамо­атов (сооб­ществ). В мече­тях «Тух­та­бой», «Илон-ота» у них груп­пы, кото­рые про­тив госу­дар­ства в Узбекистане…».

На одной из встреч зашел раз­го­вор об убий­це рос­сий­ско­го оппо­зи­ци­он­но­го поли­ти­ка Бори­са Нем­цо­ва: «Ты — Дадаб­а­ев или Дада­ев? – полу­шу­тя спро­сил Бахром. — У меня зна­ко­мый есть — Дада­ев, в рос­сий­ско­го оппо­зи­ци­о­не­ра стре­лял» (Заур Дада­ев – быв­ший офи­цер внут­рен­них войск в Чечне, в 2017 году был при­знан винов­ным в заказ­ном убий­стве Бори­са Нем­цо­ва – прим. ред.). Дослов­но не пом­ню все­го ска­зан­но­го, — гово­рит Даде­ба­ев, — но, как я понял, есть какая-то связь Дада­е­ва с кил­ле­ром, стре­ляв­шим в Абдул­ло Бухо­рий в Стамбуле».

В Таш­кен­те Бахром вновь рез­ко кри­ти­ко­вал Эрдо­га­на за под­держ­ку запре­щен­ной в Рос­сии ИГИЛ, «что­бы они уби­ва­ли кур­дов». По его сло­вам, в Тур­ции «тер­ро­ри­стам откры­ли все доро­ги», сын Эрдо­га­на участ­ву­ет в опе­ра­ци­ях с про­да­жей неф­ти с тер­ри­то­рии, кон­тро­ли­ру­е­мой бое­ви­ка­ми, даже дина­ры (денеж­ная еди­ни­ца) «ислам­ско­го госу­дар­ства» изго­тав­ли­ва­ют в Тур­ции (реаль­но динар не был вве­ден в обра­ще­ние и про­да­вал­ся в основ­ном запад­ным кол­лек­ци­о­не­рам, изго­то­ви­те­ли были задер­жа­ны в Гази­ан­те­пе турец­кой поли­ци­ей – прим. ред.). «Все наши тер­ро­ри­сты любят Эрдо­га­на, — заяв­лял Бахром, — но не зна­ют его вто­ро­го лица. Он исполь­зу­ет их в сво­их целях. Через пять-шесть лет, когда в Кара­ба­хе будет вой­на, этих тер­ро­ри­стов туда отпра­вят». «Я тогда не верил ему», — вспо­ми­на­ет Дадебаев.

Гово­ря о про­бле­ме «кара­кал­пак­ско­го сепа­ра­тиз­ма», Бахром назвал име­на несколь­ких чело­век, кото­рые по его мне­нию пред­став­ля­ли потен­ци­аль­ную опас­ность из-за сво­ей попу­ляр­но­сти у насе­ле­ния. Поми­мо осно­ва­те­ля оппо­зи­ци­он­но­го дви­же­ния «Алга Кара­кал­пак­стан» в спис­ке фигу­ри­ро­ва­ли извест­ный кик­бок­сер и эст­рад­ный певец.

Бахром убеж­дал собе­сед­ни­ка во все­си­лии узбек­ских спец­служб: «У нас руки длин­ные, пой­ма­ем, где угод­но, насчет анди­жан­ских и ошских собы­тий мы мно­го чего дела­ли». Вре­мя от вре­ме­ни упо­ми­нал об убий­ствах, пыт­ках и изна­си­ло­ва­ни­ях задер­жан­ных в Узбе­ки­стане мусуль­ман, отка­зав­ших­ся при­знать вину, и их род­ствен­ни­ков. Пере­чис­лял «вах­ха­би­тов», «акра­ми­стов», сто­рон­ни­ков «Хизб ут-Тахрир» (запре­щен­ная в Рос­сии меж­ду­на­род­ная ислам­ская орга­ни­за­ция – прим. ред.). Даде­ба­ев думал, что это — лишь попыт­ка запу­ги­ва­ния. Одна­ко сотруд­ник СНБ Тимур, участ­во­вав­ший в под­го­тов­ке аген­та, одна­жды пре­ду­пре­дил: «Не пытай­ся убе­жать, не играй с Бахро­мом. Он — очень вли­я­тель­ный и нерв­ный. В инте­ре­сах госу­дар­ства мно­го что делал. При­ка­зы­вал наси­ло­вать и дру­гое. Ему мно­гое раз­ре­ше­но». «После этих слов Тиму­ра, — гово­рит Даде­ба­ев, — я пове­рил. Такой, ока­зы­ва­ет­ся, это шайтан».

Про­дол­же­ние следует …

Источ­ник: https://memohrc.org/ru/news_old/neudavshayasya-verbovka-istoriya-grazhdanskogo-aktivista-iz-centralnoy-azii-chast‑2

Автор: Виталий Пономарев, Правозащитный Центр "Мемориал"

Спецпроекты

Каракалпакстан: кризис или путь к суверенитету?

Дело 25 Санджара: заговор против Ниязова

Интервью/мемуары

29.02.2024

Как создавался манат (часть 3)

1 ноября 2023 года исполнилось 30 лет со дня введения туркменской национальной валюты – маната. Публикуем третью часть воспоминаний об этом событии Аннадурды Хаджиева, занимавшего в те годы ответственные должности в Государственном Центральном банке Туркменистана. В настоящее время Хаджиев проживает в Болгарии, где получил убежище из-за преследований на родине. Вторая часть воспоминаний, опубликованная 10 января 2024 года (далее…)

10.01.2024

Из истории введения туркменского маната (часть 2)

1 ноября 2023 года исполнилось 30 лет со дня введения туркменской национальной валюты – маната. Публикуем вторую часть воспоминаний об этом событии Аннадурды Хаджиева, занимавшего в те годы ответственные должности в Государственном Центральном банке Туркменистана. В настоящее время Хаджиев проживает в Болгарии, где получил убежище из-за преследований на родине. Первая часть воспоминаний, опубликованная 1 ноября 2023 года (далее…)

01.11.2023

Из истории введения туркменского маната (часть 1)

1 ноября исполняется 30 лет со дня введения туркменской национальной валюты – маната. Ниже публикуются отрывки из воспоминаний об этом событии Аннадурды Хаджиева, занимавшего в те годы ответственные должности в Государственном Центральном банке Туркменистана. В настоящее время Хаджиев проживает в Болгарии, где получил убежище из-за преследований на родине. (далее…)

Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять