Главная | Спецпроекты | Каракалпакстан: кризис или путь к суверенитету? | Дело каракалпакского активиста Саадатдина Реймова: Четыре года заключения за разговор о митинге в поддержку политзаключенных в Каракалпакстане
Спецпроекты

Дело каракалпакского активиста Саадатдина Реймова: Четыре года заключения за разговор о митинге в поддержку политзаключенных в Каракалпакстане

Скачать изображение

Саадатдин Реймов – гражданский активист из Ходжейлийского района Каракалпакстана, бывший спортсмен-боксер, занимавший призовые места в соревнованиях национального уровня. 18 марта 2024 года ему исполнится 57 лет. Его имя включено в предварительный список политических заключенных Каракалпакстана. В декабре 2022 года он был приговорен к 4 годам лишения свободы.

Еще до собы­тий 1–2 июля 2022 года Рей­мов неод­но­крат­но под­вер­гал­ся пре­сле­до­ва­ни­ям со сто­ро­ны вла­стей и нахо­дил­ся под наблю­де­ни­ем спец­служб. В 2019 году он участ­во­вал в сове­ща­нии ОБСЕ по чело­ве­че­ско­му изме­ре­нию в Варшаве. 

По офи­ци­аль­ной вер­сии акти­вист был осуж­ден за под­держ­ку идеи митин­га за осво­бож­де­ние полит­за­клю­чен­ных Кара­кал­пак­ста­на, выска­зан­ную в раз­го­во­ре с мест­ным жите­лем. Одна­ко по инфор­ма­ции, полу­чен­ной Цен­тром защи­ты прав чело­ве­ка «Мемо­ри­ал», дей­стви­тель­ная при­чи­на аре­ста Рей­мо­ва (как и его одно­класс­ни­ка Кун­град­бая Редже­по­ва, о деле кото­ро­го мы писа­ли недав­но) не отра­же­на в мате­ри­а­лах уго­лов­но­го дела. Неко­то­рые кара­кал­пак­ские источ­ни­ки свя­зы­ва­ют уго­лов­ные дела в отно­ше­нии обо­их акти­ви­стов с их уча­сти­ем в напи­са­нии и сбо­ре под­пи­сей под обра­ще­ни­ем в ООН и пре­зи­ден­ту Узбе­ки­ста­на по так назы­ва­е­мой «кара­кал­пак­ской про­бле­ме» и подо­зре­ни­я­ми о воз­мож­ной при­част­но­сти к под­го­тов­ке новых улич­ных акций в Кара­кал­пак­стане. Кро­ме того, Центр защи­ты прав чело­ве­ка «Мемо­ри­ал» полу­чил инфор­ма­цию из заслу­жи­ва­ю­щих дове­рие источ­ни­ков о при­ме­не­нии к Рей­мо­ву пыток после его задер­жа­ния в 2022 году. 

В про­шлом году семью Рей­мо­ва неод­но­крат­но посе­ща­ли зару­беж­ные пра­во­за­щит­ни­ки, одна­ко ана­лиз его дела до сих пор не пуб­ли­ко­вал­ся. Пред­ла­га­е­мый ваше­му вни­ма­нию обзор состав­лен на осно­ве име­ю­щих­ся судеб­ных реше­ний и дру­гих доку­мен­тов, а так­же инфор­ма­ции кара­кал­пак­ских акти­ви­стов и чле­нов семьи политзаключенного. 

Адми­ни­стра­тив­ное дело и пытки

Днем 7 июля 2022 года маши­ну, в кото­рой ехал Рей­мов, оста­но­ви­ли неда­ле­ко от база­ра в Ход­жей­лий­ском рай­оне сотруд­ни­ки пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нов и потре­бо­ва­ли про­ехать в ОВД. Соглас­но офи­ци­аль­ным доку­мен­там, акти­вист был задер­жан 7 июля 2022 года в 16:30 в зда­нии ОВД района. 

Поз­же он рас­ска­зы­вал о сво­их фото­гра­фи­ях, кото­рые видел в ОВД, а один из опе­ра­тив­ни­ков даже заявил, что во вре­мя вол­не­ний в Нуку­се фото Рей­мо­ва яко­бы были роз­да­ны снайперам. 

В реше­нии рай­он­но­го суда от 8 июля 2022 года отме­ча­ет­ся, что 1 июля 2022 года при­мер­но в 17 часов Рей­мов вме­сте с груп­пой неиз­вест­ных людей пытал­ся прой­ти в Нукус, что­бы, как он заявил в суде, участ­во­вать во встре­че с депу­та­та­ми Жокар­гы Кене­са (пар­ла­мен­та) Рес­пуб­ли­ки Кара­кал­пак­стан. Одна­ко на въез­де в сто­ли­цу их оста­но­ви­ли сотруд­ни­ки пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нов и раз­вер­ну­ли назад. На осно­ве этих объ­яс­не­ний Рей­мо­ва суд при­знал его винов­ным в нару­ше­нии поряд­ка про­ве­де­ния мас­со­вых меро­при­я­тий (ст.201 ч.1 КоАО РУз), посколь­ку он участ­во­вал в несанк­ци­о­ни­ро­ван­ном шествии в сто­ро­ну Нуку­са по тер­ри­то­рии Ход­жей­лий­ско­го рай­о­на, не полу­чив раз­ре­ше­ния мест­ных вла­стей. «Пра­во­на­ру­ши­тель» при­знал свою вину, и ему было назна­че­но нака­за­ние в виде адми­ни­стра­тив­но­го аре­ста на 15 суток. 

Вско­ре выяс­ни­лось, что адми­ни­стра­тив­ное дело Рей­мо­ва (как в сот­нях дру­гих слу­ча­ев в Кара­кал­пак­стане в июле 2022 года) исполь­зо­ва­лось как пред­лог для задер­жа­ния, после кото­ро­го у задер­жан­ных путем запу­ги­ва­ния и пыток пыта­лись полу­чить при­зна­тель­ные пока­за­ния по уго­лов­но­му делу о мас­со­вых бес­по­ряд­ках в Нукусе. 

Вече­ром 7 июля – еще до судеб­но­го реше­ния об адми­ни­стра­тив­ном аре­сте — Рей­мо­ва эта­пи­ро­ва­ли в Нукус вме­сте с млад­шим бра­том Мели­сом и акти­ви­стом Кун­грат­ба­ем Редже­по­вым (всех тро­их задер­жа­ли при­мер­но в одно вре­мя в раз­лич­ных местах рай­о­на и на сле­ду­ю­щий день осу­ди­ли по ст.201 КоАП РУз). 

В зда­нии МВД Рес­пуб­ли­ки Кара­кал­пак­стан после непро­дол­жи­тель­но­го ожи­да­ния в кори­до­ре акти­ви­ста заве­ли в ком­на­ту на 2‑ом эта­же, где трое сотруд­ни­ков ведом­ства изби­ва­ли како­го-то чело­ве­ка. Потом они заня­лись Рей­мо­вым. Во вре­мя допро­са в ком­на­те нахо­ди­лись шесть чело­век. Допра­ши­ва­ли Бекзод и Шохрат, осталь­ные не пред­ста­ви­лись. Вопро­сы зада­ва­ли по-рус­ски, меж­ду собой при­сут­ству­ю­щие гово­ри­ли на язы­ке, кото­рый Рей­мов не пони­мал. По его пред­по­ло­же­ни­ям это были коман­ди­ро­ван­ные в Кара­кал­пак­стан этни­че­ские таджи­ки. Они оскорб­ля­ли задер­жан­но­го, назы­ва­ли «сепа­ра­ти­стом», посто­ян­но мате­ри­лись, тре­бо­ва­ли сооб­щить име­на «участ­ни­ков бес­по­ряд­ков», угро­жа­ли в слу­чае отка­за от сотруд­ни­че­ства поса­дить на 20 лет. «Вы — про­во­ка­то­ры, про­ти­во­по­став­ля­е­те Узбе­ки­стан и Кара­кал­пак­стан», — заявил один из них. От акти­ви­ста пыта­лись полу­чить под­пись под про­то­ко­лом, где гово­ри­лось, что 2‑го июля он яко­бы участ­во­вал в изби­е­нии сотруд­ни­ков МВД в Шома­най­ском рай­оне Кара­кал­пак­ста­на, а затем собрал людей и поехал с ними в Нукус для уча­стия в мас­со­вых бес­по­ряд­ках. Акти­вист отве­тил, что «лгать не будет» и отка­зал­ся под­пи­сать сфаб­ри­ко­ван­ные «при­зна­ния». Тогда один из допра­ши­ва­ю­щих взял его за шиво­рот, потряс, а затем стал бить. Рей­мов пытал­ся бло­ки­ро­вать уда­ры, начал кри­чать. После это­го в ком­на­ту вошли трое сотруд­ни­ков-кара­кал­па­ков, спро­си­ли: «Поче­му бье­те?» и уве­ли задер­жан­но­го в авто­зак. Один из опе­ра­тив­ни­ков ска­зал ему: «Поси­ди здесь и не выхо­ди, ина­че изо­бьют и сде­ла­ют инвалидом». 

Поз­же дру­гие сотруд­ни­ки заве­ли Рей­мо­ва в акто­вый зал, где вновь нача­лись пыт­ки. По сло­вам акти­ви­ста, всех задер­жан­ных там жесто­ко изби­ва­ли. Мно­гие полу­чи­ли серьез­ные телес­ные повре­жде­ния, неко­то­рых увез­ла «Ско­рая». Люди лежа­ли на полу. Били моло­дые ребя­та, «пина­ли как мяч». Рей­мов запом­нил имя одно­го из них – Абат. Задер­жан­ных не кор­ми­ли. Тре­бо­ва­ли под­пи­сать зара­нее состав­лен­ные «при­зна­ния», не читая. Во вре­мя допро­сов при­вез­ли двух демон­стран­тов с пуле­вы­ми ране­ни­я­ми: одно­му пуля попа­ла в руку, дру­го­му – в ногу, их тоже били. Силь­но изби­то­го Рей­мо­ва от даль­ней­ших пыток спас­ли два сер­жан­та-кара­кал­па­ка, кото­рые выве­ли его из поме­ще­ния. Неко­то­рое вре­мя акти­вист про­вел в каби­не­те началь­ни­ка Управ­ле­ния по борь­бе с тер­ро­риз­мом МВД РК Нико­лая Баба­ни­я­зо­ва, а на сле­ду­ю­щий день его «вер­ну­ли» в Ход­жей­ли, где рай­он­ный суд назна­чил ему адми­ни­стра­тив­ный арест. 

Рей­мов и его одно­класс­ник Редже­пов отбы­ва­ли адми­ни­стра­тив­ный арест в ИВС Ход­жей­лий­ско­го рай­о­на. Их жены пере­да­ли еду и одеж­ду, но эти пере­да­чи до задер­жан­ных не дошли. 

Когда 22 июля Рей­мо­ва осво­бо­ди­ли, выяс­ни­лось, что его уво­ли­ли с рабо­ты в Управ­ле­нии бла­го­устрой­ства рай­о­на. Из-за мас­со­вых аре­стов и пыток в Кара­кал­пак­стане цари­ла атмо­сфе­ра стра­ха, зна­ко­мые боя­лись посе­щать дом Рей­мо­ва, опа­са­ясь пре­сле­до­ва­ния. Теле­фон Рей­мо­ва, изъ­ятый после задер­жа­ния, остал­ся у сотруд­ни­ков пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нов «для проверки». 

Сбор под­пи­сей по обра­ще­ни­я­ми к пре­зи­ден­ту Узбе­ки­ста­на и ООН

Суще­ству­ет пред­по­ло­же­ние, что пре­сле­до­ва­ние акти­ви­ста на осно­ве сфаб­ри­ко­ван­ных уго­лов­ных обви­не­ний, воз­мож­но, свя­за­но с обра­ще­ни­ем в ООН и к Пре­зи­ден­ту Узбе­ки­ста­на, в под­го­тов­ке и рас­про­стра­не­нии кото­ро­го он при­ни­мал участие. 

Обра­ще­ние было состав­ле­но в нача­ле июля 2022 года. В напи­са­нии тек­ста участ­во­ва­ли Саа­дат­дин Рей­мов и его быв­шие одно­класс­ни­ки Кун­грат­бай Редже­пов и Асан Джу­ма­бе­ков. Все авто­ры обра­ще­ния были под­верг­ну­ты в июле адми­ни­стра­тив­но­му аре­сту на 15 суток за уча­стие в несанк­ци­о­ни­ро­ван­ных улич­ных акциях. 

Жена Саа­дат­ди­на – Кал­би­ке Сидавла­е­ва — вспо­ми­на­ет, что ее муж купил пач­ку бума­ги (500 листов), обра­ще­ние раз­мно­жи­ли, затем раз­да­ва­ли и соби­ра­ли под ним под­пи­си. Мно­гие жите­ли рай­о­на охот­но подписывали. 

По сло­вам Сидавла­е­вой, Саа­дат­дин Рей­мов ходил с этим тек­стом к участ­ко­во­му Ары­сла­ну Кук­на­за­ро­ву и опе­ра­тив­ни­ку ОВД рай­о­на Бег­зо­ду Мат­ча­но­ву, ска­зал им, что соби­ра­ет под­пи­си. После это­го «нача­лись про­бле­мы». Делом акти­ви­ста заня­лись не толь­ко МВД Кара­кал­пак­ста­на, но и Служ­ба госу­дар­ствен­ной без­опас­но­сти (СГБ) Узбекистана. 

В доступ­ных источ­ни­ках текст обра­ще­ния отсут­ству­ет, в обви­ни­тель­ном заклю­че­нии и при­го­во­ре оно так­же не упо­ми­на­ет­ся, вос­ста­но­вить его содер­жа­ние мы можем лишь по рас­ска­зам тех, кто был зна­ком с текстом. 

Как вспо­ми­на­ют оче­вид­цы, обра­ще­ние име­ло двух адре­са­тов – пре­зи­ден­та Узбе­ки­ста­на Шав­ка­та Мир­зи­ёе­ва и ООН. В нем гово­ри­лось, что кара­кал­пак­ско­му наро­ду нуж­на помощь ООН и меж­ду­на­род­но­го сооб­ще­ства, при­езд ино­стран­ных жур­на­ли­стов и пра­во­за­щит­ни­ков, содей­ствие в про­ве­де­нии мир­но­го и закон­но­го митин­га. В доку­мен­те отвер­га­лось обви­не­ние в сепа­ра­тиз­ме, выдви­га­е­мые вла­стя­ми. Авто­ры обра­ще­ния отме­ча­ли, что «кара­кал­па­ки – не сепа­ра­ти­сты», «мы ниче­го не име­ем про­тив узбе­ков», кара­кал­пак­ский народ не один век живет в Кара­кал­пак­стане, сей­час обсуж­да­ет свои про­бле­мы, ника­кие силы из-за рубе­жа не вме­ши­ва­ют­ся в про­ис­хо­дя­щее. Далее сле­ду­ют вопро­сы к пре­зи­ден­ту Узбе­ки­ста­на: поче­му Узбе­ки­стан пыта­ет­ся пре­тен­до­вать на наши зем­ли? Поче­му огра­ни­чи­ва­ют наш язык и замал­чи­ва­ют наши про­бле­мы? Поче­му не опуб­ли­ко­ван текст дого­во­ра об усло­ви­ях вхож­де­нии рес­пуб­ли­ки в состав Узбе­ки­ста­на? Поче­му депу­та­ты не вышли к наро­ду в дни собы­тий? Поче­му рас­стре­ли­ва­ли, изде­ва­лись, пыта­ли, уни­жа­ли каракалпаков? 

Задер­жа­ние Рей­мо­ва и его жены и воз­буж­де­ние уго­лов­но­го дела

Во вто­рой поло­вине авгу­ста 2022 года вла­сти Узбе­ки­ста­на акти­ви­зи­ро­ва­ли пре­вен­тив­ные меры по недо­пу­ще­нию заяв­лен­но­го кара­кал­пак­ской оппо­зи­ци­ей на 1 сен­тяб­ря несанк­ци­о­ни­ро­ван­но­го митин­га с тре­бо­ва­ни­ем осво­бож­де­ния полит­за­клю­чен­ных. Спец­служ­бы сочли, что в ситу­а­ции с Рей­мо­вым адми­ни­стра­тив­ных мер реа­ги­ро­ва­ния будет недо­ста­точ­но, необ­хо­ди­мо уго­лов­ное пре­сле­до­ва­ние активиста. 

В этом деле вла­сти вновь исполь­зо­ва­ли отра­бо­тан­ную в Узбе­ки­стане во вре­ме­на Кари­мо­ва схе­му, когда неже­ла­тель­но­го чело­ве­ка (или сви­де­те­ля, на кото­ро­го пыта­лись ока­зать дав­ле­ние) задер­жи­ва­ют по лож­но­му обви­не­нию в совер­ше­нии адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, и лишь потом воз­буж­да­ют уго­лов­ное дело. 

24 авгу­ста 2022 года Рей­мо­ву позво­нил участ­ко­вый и попро­сил зай­ти в ОВД рай­о­на, где ему долж­ны вер­нуть изъ­ятый в июле сото­вый теле­фон. В зда­нии ОВД при­шед­ше­го за теле­фо­ном акти­ви­ста задер­жа­ли, офор­мив про­то­кол об адми­ни­стра­тив­ном пра­во­на­ру­ше­нии по ст.183 (мел­кое хули­ган­ство) КоАО РУз, яко­бы имев­шем место 1 июля 2022 года. Фак­ти­че­ски речь идет о попыт­ке уча­стия в митин­ге, за кото­рую Рей­мов уже был под­верг­нут адми­ни­стра­тив­но­му нака­за­нию в нача­ле июля. 

По сло­вам Сидавла­е­вой, ее муж отка­зал­ся под­пи­сы­вать сфаль­си­фи­ци­ро­ван­ный про­то­кол. В нем, поми­мо про­че­го, гово­ри­лось о совер­ше­нии про­ти­во­прав­ных дей­ствий в состо­я­нии алко­голь­но­го опья­не­ния, хотя, как утвер­жда­ет Кал­би­ке, Рей­мов уже более 12 лет не упо­треб­ля­ет спирт­ное. В тот же день рай­он­ный суд назна­чил «пра­во­на­ру­ши­те­лю» нака­за­ние в виде 15 суток адми­ни­стра­тив­но­го ареста.

25 авгу­ста было отка­за­но в при­ня­тии апел­ля­ци­он­ной жало­бы. В тот же день След­ствен­ное управ­ле­ние МВД Рес­пуб­ли­ки Кара­кал­пак­стан воз­бу­ди­ло уго­лов­ное дело в отно­ше­нии Рей­мо­ва по ст.159 ч.1 РУз (пуб­лич­ные при­зы­вы к некон­сти­ту­ци­он­но­му изме­не­нию суще­ству­ю­ще­го госу­дар­ствен­но­го строя либо к некон­сти­ту­ци­он­но­му нару­ше­нию един­ства тер­ри­то­рии Рес­пуб­ли­ки Узбе­ки­стан). Подроб­нее об обви­не­нии мы рас­ска­жем ниже. Акти­вист был эта­пи­ро­ван в Нукус, где 29 авгу­ста было оформ­ле­но его задер­жа­ние в каче­стве подо­зре­ва­е­мо­го по уго­лов­но­му делу. 

26 авгу­ста была задер­жа­на жена Рей­мо­ва — Кал­би­ке Сидавла­е­ва. Когда она вез­ла в Нукус про­дук­ты для пере­да­чи мужу, ей позво­нил участ­ко­вый и ска­зал, что Рей­мо­ва вер­ну­ли в Ход­жей­ли и ей надо зай­ти в ОВД. Там у ней ото­бра­ли теле­фон, про­смот­ре­ли пере­пис­ку и обна­ру­жи­ли сооб­ще­ния, кото­рые после аре­ста мужа она отпра­ви­ла через Telegram про­жи­ва­ю­ще­му в Нор­ве­гии кара­кал­пак­ско­му оппо­зи­ци­о­не­ру Ама­ну Саги­дул­ла­е­ву. «Поче­му ты свя­зы­ва­ешь с Ама­ном? Он – тер­ро­рист, нахо­дя­щий­ся в розыс­ке», — заяви­ли «сило­ви­ки».

Задер­жан­ную отвез­ли в Нукус, где ее заня­лись сотруд­ни­ки СГБ. Они тре­бо­ва­ли от Сидавла­е­вой дать пока­за­ния про­тив мужа, но она отка­за­лась. На вопрос, поче­му изъ­яли ее теле­фон, сотруд­ник СГБ отве­тил: «Вам дает день­ги Аман Саги­дул­ла­ев, пла­тит за каж­дое сло­во, поэто­му твой дурак-муж ходит всю­ду… Попро­си­те Ама­на, и он вам купит новый теле­фон». Впро­чем, дока­за­тельств финан­си­ро­ва­ния Рей­мо­ва из-за гра­ни­цы след­ствие так и не нашло. 

В тот же день в отно­ше­нии Кал­би­ке Сидавла­е­вой был состав­лен про­то­кол об адми­ни­стра­тив­ном нару­ше­нии по ст.184–3 (изго­тов­ле­ние или рас­про­стра­не­ние мате­ри­а­лов, про­па­ган­ди­ру­ю­щих наци­о­наль­ную или рели­ги­оз­ную враж­ду) КоАО РУз. В каче­стве «пра­во­на­ру­ше­ния» фигу­ри­ро­ва­ли обна­ру­жен­ные в теле­фоне фай­лы и ее пере­пис­ка через Telegram 25–26 авгу­ста с Ама­ном Саги­дул­ла­е­вым. Нукус­ский город­ской суд назна­чил ей нака­за­ние в виде адми­ни­стра­тив­но­го аре­ста на 15 суток. 

Сидавла­е­ва заяви­ла в суде, что свя­за­лась с Саги­дул­ла­е­вым в свя­зи с аре­стом мужа, попро­си­ла при­слать ей номер теле­фо­на пра­во­за­щит­ни­цы из Таш­кен­та Еле­ны Урла­е­вой и полу­чи­ла его, мате­ри­а­лы, раз­жи­га­ю­щие враж­ду, не рас­про­стра­ня­ла. Но эти объ­яс­не­ния были проигнорированы. 

Назна­чен­ное нака­за­ние Сидавла­е­ва отбы­ва­ла в спец­при­ем­ни­ке в рай­оне Каскол‑4 Нукуса. 

Основ­ной при­чи­ной ее аре­ста ста­ла попыт­ка ока­зать дав­ле­ние на аре­сто­ван­но­го акти­ви­ста. По име­ю­щим­ся дан­ным, Рей­мо­ву пока­за­ли видео и фото­гра­фию его жены в наруч­ни­ках. Сотруд­ник СГБ ска­зал ему, что она попа­дет в тюрь­му, если он не будет сотруд­ни­чать со следствием. 

Уго­лов­ное обви­не­ние и суд

Как вид­но из обви­ни­тель­но­го заклю­че­ния и при­го­во­ра обви­не­ние в отно­ше­нии Саа­дат­ди­на Рей­мо­ва осно­вы­ва­ет­ся на экс­пер­ти­зах скры­той ауди­о­за­пи­си и пока­за­ни­ях един­ствен­но­го сви­де­те­ля Рус­ла­на Рахи­мо­ва, кото­рый в судеб­ных слу­ша­ни­ях не участ­во­вал (были зачи­та­ны его пока­за­ния на пред­ва­ри­тель­ном следствии). 

Рахи­мов – моло­дой чело­век, кото­рый во вре­ме­на уче­бы в шко­ле нахо­дил­ся в дру­же­ских отно­ше­ни­ях с сыном Саа­дат­ди­на Рей­мо­ва – Сий­фат­ди­ном и его дру­зья­ми. В июле 2022 года он был под­верг­нут адми­ни­стра­тив­но­му аре­сту за нару­ше­ние комен­дант­ско­го часа. 

Соглас­но офи­ци­аль­ной вер­сии 20 авгу­ста Рахи­мов встре­тил Рей­мо­ва, услы­шал от него сло­ва о запла­ни­ро­ван­ном неза­кон­ном митин­ге и прось­бу помочь собрать на него моло­дежь, после чего обра­тил­ся в ОВД рай­о­на, где сооб­щил о сло­вах акти­ви­ста. 23 авгу­ста, полу­чив от «сило­ви­ков» запи­сы­ва­ю­щее устрой­ство, он пошел домой к Рей­мо­ву, про­из­вел скры­тую ауди­о­за­пись их раз­го­во­ра и пере­дал ее в ОВД, что было оформ­ле­но в соот­вет­ствии с про­цес­су­аль­ны­ми нормами. 

На этой запи­си, фраг­мент кото­рой дослов­но при­ве­ден в при­го­во­ре, Рей­мов гово­рит, что 1 сен­тяб­ря пла­ни­ру­ет­ся про­ве­де­ние митин­га за осво­бож­де­ние полит­за­клю­чен­ных, не надо боять­ся, демон­стран­ты будут дей­ство­вать орга­ни­зо­ва­но, возь­мут­ся за руки и повя­жут белые лен­точ­ки, пер­вая зада­ча – осво­бо­дить тех, кто в заклю­че­нии, «сво­бо­да при­дет поз­же», надо осво­бо­дить Дау­лет­му­ра­та Тажи­му­ра­то­ва, поз­же под­ни­мем вопрос неза­ви­си­мо­сти, сде­ла­ем Тажи­му­ра­то­ва пре­зи­ден­том, когда и где будет про­хо­дить митинг 1 сен­тяб­ря он сей­час не знает. 

Ком­плекс­ная судеб­но-поли­то­ло­го-линг­ви­сти­че­ская экс­пер­ти­за от 12.09.2022 при­шла к заклю­че­нию, что выска­зы­ва­ния Рей­мо­ва на ауди­о­за­пи­си име­ют поли­ти­че­ское содер­жа­ние, содер­жат сепа­ра­тист­скую идею отде­ле­ния Рес­пуб­ли­ки Кара­кал­пак­стан от Узбе­ки­ста­на, что про­ти­во­ре­чит Кон­сти­ту­ции и явля­ет­ся нару­ше­ни­ем прин­ци­па тер­ри­то­ри­аль­ной целост­но­сти страны. 

Судеб­но-фоно­гра­фи­че­ская экс­пер­ти­за 07.10.2022 под­твер­ди­ла, что голос на ауди­о­за­пи­си при­над­ле­жит обви­ня­е­мо­му. Это, впро­чем, не отри­цал и сам Саа­дат­дин Реймов. 

Свою вину в «пуб­лич­ных при­зы­вах к некон­сти­ту­ци­он­но­му изме­не­нию госу­дар­ствен­но­го строя» акти­вист на след­ствии и в суде не при­знал. Он пока­зал, что ранее с Рахи­мо­вым не был зна­ком, встре­тил его 20 авгу­ста, когда воз­вра­щал­ся из ОВД Нуку­са, в тот день обме­нял­ся с ним лишь парой корот­ких фраз, поз­же гово­рил ему о пред­сто­я­щем 1 сен­тяб­ря митин­ге, о кото­ром узнал от про­жи­ва­ю­ще­го в Нор­ве­гии кара­кал­пак­ско­го оппо­зи­ци­о­не­ра Ама­на Саги­дул­ла­е­ва. То, что Дау­лет­му­рат Тажи­му­ра­тов будет пре­зи­ден­том неза­ви­си­мо­го Кара­кал­пак­ста­на и после это­го жизнь наро­да ста­нет луч­ше – это его соб­ствен­ное мнение. 

В обви­ни­тель­ном заклю­че­нии изла­га­ют­ся пока­за­ния Рей­мо­ва, соглас­но кото­рым после воз­вра­ще­ния из Казах­ста­на и устрой­ства на рабо­ту вес­ной 2022 года он вышел из всех кара­кал­пак­ских групп в Telegram и WhatsApp, но в свя­зи с собы­ти­я­ми 1–2 июля 2022 года воз­об­но­вил неко­то­рые преж­ние кон­так­ты. В авгу­сте 2022 года к нему обра­тил­ся сосед Жума­бек Сейт­ма­нов (сто­рон­ник «Алга Кара­кал­пак­стан»), кото­рый про­сил сооб­щить Саги­дул­ла­е­ву о начав­шей­ся новой волне аре­стов участ­ни­ков улич­ных про­те­стов. Сейт­ма­нов запи­сал свое обра­ще­ние на видео, ого­во­рив, что эта запись не долж­на рас­про­стра­нять­ся пуб­лич­но. В ходе ком­му­ни­ка­ций по этой теме Рей­мов узнал от Саги­дул­ла­е­е­ва о наме­чен­ном на 1 сен­тяб­ря митин­ге с тре­бо­ва­ни­ем осво­бож­де­ния полит­за­клю­чен­ных Кара­кал­пак­ста­на, пла­нах при­гла­сить жур­на­ли­стов из пяти госу­дарств и др., в даль­ней­шем при раз­го­во­рах со сви­де­те­лем Рахи­мо­вым Рей­мов осно­вы­вал­ся на этой информации.

При изу­че­нии доступ­ных мате­ри­а­лов по уго­лов­но­му делу Саа­дат­ди­на Рей­мо­ва обра­ща­ет вни­ма­ние, что при изло­же­нии в обви­ни­тель­ном заклю­че­нии пока­за­ний акти­ви­ста замет­ная их часть каса­ет­ся не инкри­ми­ни­ру­е­мо­го эпи­зо­да, а его уча­стия в про­тестной дея­тель­но­сти и свя­зей с дру­ги­ми кара­кал­пак­ски­ми акти­ви­ста­ми. В част­но­сти, Рей­мо­ва подроб­но допра­ши­ва­ли о поезд­ке на сове­ща­ние ОБСЕ по чело­ве­че­ско­му изме­ре­нию в осе­нью 2019 года, его выступ­ле­ни­ях на пле­нар­ных засе­да­ни­ях, встре­чах в Вар­ша­ве с Ама­ном Саги­дул­ла­е­вым и дру­ги­ми кара­кал­пак­ски­ми акти­ви­ста­ми, роли в орга­ни­за­ции этой поезд­ки и выступ­ле­ний граж­да­ни­на Казах­ста­на Науры­з­бая Мен­ли­ба­е­ва (в насто­я­щее вре­мя обра­тил­ся за убе­жи­щем в одной из евро­пей­ских стран). Пра­во­охра­ни­те­лей инте­ре­со­ва­ла так­же при­част­ность Рей­мо­ва к собы­ти­ям 13 июля 2021 года, когда в Ход­жей­ли и дру­гих рай­о­нах Кара­кал­пак­ста­на про­шли акции про­те­ста про­тив пере­во­да улич­ных выве­сок на латин­скую гра­фи­ку, что рас­це­ни­ва­лось кара­кал­па­ка­ми как «наступ­ле­ние» Таш­кен­та на кара­кал­пак­ский язык. Зада­ва­лись вопро­сы о кон­так­тах с граж­да­ни­ном Казах­ста­на «Адил ака» в Актау, кото­ро­му Рей­мов в нача­ле июля 2022 года отпра­вил сооб­ще­ния с име­на­ми двух погиб­ших в ходе вол­не­ний, и др. 

19 декаб­ря 2022 года Ход­жей­лий­ский рай­он­ный суд Кара­кал­пак­ста­на при­знал Саа­дат­ди­на Рей­мо­ва винов­ным по ст.159 ч.1 УК РУз и при­го­во­рил к 4 годам лише­ния сво­бо­ды. Апел­ля­ци­он­ная и кас­са­ци­он­ная жало­бы были откло­не­ны, соот­вет­ствен­но, 6 фев­ра­ля и 25 авгу­ста 2023 года. 

В насто­я­щее вре­мя акти­вист отбы­ва­ет нака­за­ние в коло­нии-посе­ле­нии в г.Карши (Каш­ка­да­рьин­ская область Узбекистана). 

Из-за слож­но­стей ком­му­ни­ка­ций с Кара­кал­пак­ста­ном при­зы­вы к жур­на­ли­стам и пра­во­за­щит­ни­кам при­сут­ство­вать на про­цес­се и напи­сать о нем оста­лись неуслы­шан­ны­ми. Круп­ные инфор­мре­сур­сы в Узбе­ки­стане и за рубе­жом оста­ви­ли инфор­ма­цию о суде без вни­ма­ния. Лишь в 2023 году обо­зна­чил­ся инте­рес к делу Рей­мо­ва со сто­ро­ны зару­беж­ных акти­ви­стов и дипло­ма­тов. После это­го от жены Рей­мо­ва ста­ли тре­бо­вать пре­кра­тить обще­ние с ино­стран­ца­ми, а в одном слу­чае после встре­чи с аме­ри­кан­ским дипло­ма­том в сен­тяб­ре 2023 года даже угро­жа­ли отпра­вить ее на пси­хи­ат­ри­че­скую экспертизу. 

Пра­во­вая оценка

По мне­нию экс­пер­тов ЦЗПЧ «Мемо­ри­ал» обви­не­ния в отно­ше­нии Саа­дат­ди­на Рей­мо­ва и его жены Кал­би­ке Сидавла­е­вой явля­ют­ся юри­ди­че­ски необос­но­ван­ны­ми и поли­ти­че­ски моти­ви­ро­ван­ны­ми, про­ти­во­ре­чат нор­мам меж­ду­на­род­но­го и наци­о­наль­но­го права. 

Дей­ствия и выска­зы­ва­ния ука­зан­ных лиц, упо­ми­на­е­мые в при­го­во­ре по делу Рей­мо­ва и в реше­ни­ях по адми­ни­стра­тив­ным делам, явля­ют­ся закон­ной фор­мой реа­ли­за­ции прав на сво­бо­ду выра­же­ния и уча­стия в мир­ных собра­ни­ях, гаран­ти­ро­ван­ных Пак­том о граж­дан­ских и поли­ти­че­ских пра­вах, дру­ги­ми меж­ду­на­род­ны­ми доку­мен­та­ми и согла­ше­ни­я­ми, участ­ни­ком кото­рых явля­ет­ся Узбекистан. 

При оцен­ке ситу­а­ции суд не при­нял во вни­ма­ние то обсто­я­тель­ство, что соглас­но Кон­сти­ту­ци­ям Узбе­ки­ста­на и Кара­кал­пак­ста­на послед­ний явля­ет­ся суве­рен­ным госу­дар­ством в соста­ве Узбе­ки­ста­на, име­ю­щим пра­во на отде­ле­ние путем рефе­рен­ду­ма. Вслед­ствие это­го пуб­лич­ная под­держ­ка идеи неза­ви­си­мо­сти Кара­кал­пак­ста­на сама по себе (без при­зы­вов к наси­лию, раз­жи­га­нию враж­ды и т.п.) не может рас­смат­ри­вать­ся как пра­во­на­ру­ше­ние. Для обос­но­ва­ния при­го­во­ра суд некри­ти­че­ски исполь­зо­вал выво­ды гума­ни­тар­ной экс­пер­ти­зы, хотя сами экс­пер­ты в суде не допра­ши­ва­лись и сто­ро­на защи­ты была лише­на воз­мож­но­сти задать им вопросы.

Сто­ит отме­тить так­же пора­зи­тель­ную лег­кость, с кото­рой пра­во­охра­ни­тель­ные орга­ны Узбе­ки­ста­на про­дол­жа­ют фаб­ри­ко­вать адми­ни­стра­тив­ные дела в отно­ше­нии граж­дан­ских акти­ви­стов в Кара­кал­пак­стане, и сви­де­тель­ство мас­со­во­го при­ме­не­ния пыток в Нуку­се в июле 2022 года, что до сих пор пыта­ет­ся отри­цать Ташкент. 

Неожи­дан­ное продолжение

Вече­ром 21 декаб­ря 2022 года – через два дня после выне­се­ния при­го­во­ра Саа­дат­ди­ну Рей­мо­ву – его 20-лет­ний сын Сий­фат­дин и несколь­ко его дру­зей были задер­жа­ны и под­верг­ну­ты адми­ни­стра­тив­но­му аре­сту на 5 суток по ст.183 (мел­кое хули­ган­ство) КоАО РУз. Яко­бы днем ранее они шуме­ли на ули­це в вечер­нее вре­мя. Как и в дру­гих слу­ча­ях, опи­сан­ных выше, адми­ни­стра­тив­ное дело было лишь пре­лю­ди­ей для после­ду­ю­ще­го уго­лов­но­го дела. 

26 декаб­ря 2022 года про­ку­ра­ту­ра Рес­пуб­ли­ки Кара­кал­пак­стан воз­бу­ди­ла уго­лов­ное дело в отно­ше­нии пяте­рых моло­дых людей. Их обви­ни­ли в похи­ще­нии чело­ве­ка (ст.137 ч.2 п.«б»,«в» УК), угро­зе при­ме­не­ния наси­лия в свя­зи с выпол­не­ни­ем граж­дан­ско­го дол­га (ст.112 ч.3 УК) и при­нуж­де­нии к лже­сви­де­тель­ству (238 ч.2 УК). 

По вер­сии след­ствия, позд­но вече­ром 20 декаб­ря 2022 года они выма­ни­ли из дома сво­е­го зна­ко­мо­го Рус­ла­на Рахи­мо­ва (един­ствен­но­го сви­де­те­ля обви­не­ния по делу Саа­дат­ди­на Рей­мо­ва, фак­ти­че­ски высту­пив­ше­го в роли поли­цей­ско­го про­во­ка­то­ра) и выну­ди­ли его запи­сать на видео заяв­ле­ние, в кото­ром он отка­зы­вал­ся от сво­их пока­за­ний, дан­ных в ходе след­ствия. В про­цес­се над Саа­дат­ди­ном Рей­мо­вым Рахи­мов не участ­во­вал. После допро­са в нача­ле сен­тяб­ря он уехал в Таш­кент, по его сло­вам, на зара­бот­ки, но 21 декаб­ря вер­нул­ся домой для уча­стия в похоронах. 

В корот­ком видео­ро­ли­ке (менее двух минут) Рахи­мов заяв­ля­ет, что вско­ре после осво­бож­де­ния из ИВС его доста­ви­ли вече­ром в ОВД Ход­жей­лий­ско­го рай­о­на, где выну­ди­ли ого­во­рить Рей­мо­ва. По его сло­вам, при этом при­ме­ня­лось физи­че­ское и мораль­ное наси­лие, его гро­зи­ли поса­дить в тюрь­му до кон­ца жиз­ни и т.д. К это­му при­част­ны участ­ко­вый Ары­слан, сотруд­ни­ки ОВД Бег­зод и Шух­рат и сле­до­ва­тель, имя кото­ро­го он не пом­нит. Рахи­мов пообе­щал рас­ска­зать прав­ду в суде. 

Разу­ме­ет­ся, полу­чен­ное при таких обсто­я­тель­ствах видео­при­зна­ние, на кото­рое есть ссыл­ка в кас­са­ци­он­ной жало­бе по делу Саа­дат­ди­на Рей­мо­ва и от кото­ро­го Рахи­мов в даль­ней­шем отка­зал­ся, не сыг­ра­ло какой-либо пози­тив­ной роли. Более того, давая пока­за­ния по ново­му уго­лов­но­му делу, Рахи­мов неожи­дан­но «вспом­нил», что Саа­дат­дин Рей­мов яко­бы при­гла­сил его участ­во­вать в еще одном несанк­ци­о­ни­ро­ван­ном митин­ге, когда в июле 2022 года они отбы­ва­ли адми­ни­стра­тив­ный арест в ИВС Ход­жей­лий­ско­го рай­о­на. В про­то­ко­ле ука­за­на дата несо­сто­яв­ше­го­ся митин­га – 1 авгу­ста 2022 года. Досто­вер­ность этих пока­за­ний вызы­ва­ет сомне­ния. Кара­кал­пак­ские акти­ви­сты сооб­ща­ют, что на 1 авгу­ста какие-либо акции про­те­ста не пла­ни­ро­ва­лись и эта дата не обсуж­да­лись в соцсетях. 

23 декаб­ря 2022 года экс­пер­ти­за кон­ста­ти­ро­ва­ла полу­че­ние Рахи­мо­вым лег­ких телес­ных повреждений. 

26 декаб­ря 2022 года суд санк­ци­о­ни­ро­вал арест Сий­фат­ди­на Рей­мо­ва, Сала­ма­та Дау­лет­ба­е­ва (сына осуж­ден­но­го акти­ви­ста Кун­грат­бая Редже­по­ва, о деле кото­ро­го мы писа­ли ранее) и Шер­зо­да Ережепова. 

11 мая 2023 года Ход­жей­лий­ский рай­суд при­знал Сала­ма­та Дау­лет­ба­е­ва и Шер­зо­да Ере­же­по­ва винов­ны­ми по ст.112 ч.3, 137 ч.2 п.«б»,«в» и 238 ч.2 УК и при­го­во­рил их к 3,5 годам коло­ни обще­го режи­ма, Сий­фат­ди­на Рей­мо­ва по ст.238 ч.2 УК – к 3 годам лише­ния сво­бо­ды. Алмаз­бек Мурат­ба­ев и Муха­ме­да­ли Асе­мов нахо­див­ши­е­ся под под­пис­кой, были при­зна­ны винов­ны­ми по ст.137 ч.2 п.«б»,«в» УК и при­го­во­ре­ны к 4 годам огра­ни­че­ния сво­бо­ды. Апел­ля­ци­он­ная инстан­ция оста­ви­ла при­го­вор в силе. 

18 янва­ря 2024 года Сий­фат­дин Рей­мов был осво­бож­ден услов­но-досроч­но. По име­ю­щим­ся све­де­ни­ям, во вре­мя нахож­де­ния в СИЗО в Нуку­се сока­мер­ни­ки по ука­за­нию адми­ни­стра­ции изби­ва­ли его, один из них выбил у него зуб. 

Инфор­ма­ция о ситу­а­ции с дру­ги­ми осуж­ден­ны­ми по это­му делу в насто­я­щее вре­мя отсутствует. 

Автор: Виталий Пономарев, Центр защиты прав человека «Мемориал»

Источник: https://tmhelsinki.org/article/f5ef6e21-90a5-49f3-a188-2fec6c743f64

Аналитика

Интервью/мемуары

29.02.2024

Как создавался манат (часть 3)

1 ноября 2023 года исполнилось 30 лет со дня введения туркменской национальной валюты – маната. Публикуем третью часть воспоминаний об этом событии Аннадурды Хаджиева, занимавшего в те годы ответственные должности в Государственном Центральном банке Туркменистана. В настоящее время Хаджиев проживает в Болгарии, где получил убежище из-за преследований на родине. Вторая часть воспоминаний, опубликованная 10 января 2024 года (далее…)

10.01.2024

Из истории введения туркменского маната (часть 2)

1 ноября 2023 года исполнилось 30 лет со дня введения туркменской национальной валюты – маната. Публикуем вторую часть воспоминаний об этом событии Аннадурды Хаджиева, занимавшего в те годы ответственные должности в Государственном Центральном банке Туркменистана. В настоящее время Хаджиев проживает в Болгарии, где получил убежище из-за преследований на родине. Первая часть воспоминаний, опубликованная 1 ноября 2023 года (далее…)

01.11.2023

Из истории введения туркменского маната (часть 1)

1 ноября исполняется 30 лет со дня введения туркменской национальной валюты – маната. Ниже публикуются отрывки из воспоминаний об этом событии Аннадурды Хаджиева, занимавшего в те годы ответственные должности в Государственном Центральном банке Туркменистана. В настоящее время Хаджиев проживает в Болгарии, где получил убежище из-за преследований на родине. (далее…)

Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять